«Яогань-50»: такой же, но другой

15 марта 2026 г. в 21:22 по пекинскому времени (13:22 UTC) с пусковой установки №9A Центра космических запусков Тайюань был осуществлен пуск РН «Чанчжэн-6A» (CZ-6A №Y28) со спутником наблюдения Земли «Яогань-50» №02 (遥感五十号02星, Yaogan 50 02, YG-50 02). Аппарат был выведен на орбиту с параметрами:

• наклонение – 142.00°;
• минимальная высота – 731.5 км;
• максимальная высота – 945.9 км;
• период обращения – 101.69 мин.

В американский каталог космических объектов он был внесен под номером 68196 и с международным обозначением 2026-051A. Ракетная ступень получила следующие по порядку обозначения.

Предупреждение о предстоящем старте в форме NOTAM на район падения четырех ускорителей РН CZ-6A было опубликовано 9 марта и оказалось очень похожим на выпущенное под старт 13 января 2026 г. (https://novosti-kosmonavtiki.ru/articles/210585/). Закрываемая зона вновь располагалась почти на запад от Тайюаня по азимуту 255°, хотя и была немного смещена в сторону большей дальности. Сообщество экспертов по китайской программе безошибочно считало его как указание на предстоящий запуск КА «Яогань-50» №02 на орбиту наклонением 142°. Так оно и оказалось в действительности, однако не без нюансов.

Официальное агентство Синьхуа воспроизвело сообщение о январском запуске КА «Яогань-50» №01 под копирку, хотя его русская редакция позволила себе слегка отредактировать и приукрасить текст. Формулировка назначения КА осталась неизменной – «для обследования национальных земель, оценки урожайности сельскохозяйственных культур, предотвращения стихийных бедствий и смягчения их последствий». Как мы помним, это стандартная легенда прикрытия для аппаратов видовой разведки.

А вот издание «Чжунго хантянь бао» Китайской корпорации космической науки и техники CASC неожиданно сообщило, что второй «Яогань-50» является разработкой Китайской исследовательской академии космической техники CAST, и сама «пятая академия» это подтвердила. В этом и состоял основной нюанс: создателями первого январского аппарата были столь же официально названы извечные конкуренты CAST – Шанхайская исследовательская академия космической техники SAST («восьмая академия»).

Все прочие детали двух пусков совпали: тот же космодром, такой же носитель, причем со следующим бортовым номером, а главное – абсолютно нехарактерная для китайских КА орбита с обратным наклонением 142°. Можно отметить, правда, что в январском запуске орбита выведения была высотой 702×944 км, а в мартовском – 732×946 км.

Обусловлено ли различие в орбитах выведения неодинаковыми массами двух КА, шанхайского и пекинского? Могло ли быть так, что при баллистическом проектировании решили использовали весь запас топлива третьей ступени для подъема перигея, оставив лишь фиксированную часть на последующий увод ступени с снижением оного на 160 км? Как по мне, проще было выбрать одну орбиту отделения, но разные орбиты увода. Кроме того, остается в силе замечание, сделанное после первого запуска: если сообщение Синьхуа выпущено через 27 или 31 минуту после старта, значит, выведение шло не оптимальной траектории, а по ускоренной, и грузоподъемность РН использована не полностью.

Результат, впрочем, все равно будет один: спутник выполнит маневр подъема на круговую орбиту условной средней высотой 952 км с периодом обращения 104.10 мин. Так сделал 17 января 2026 г. аппарат №01, и нет оснований думать, что №02 не последует его примеру, хотя не обязательно сразу.

Дело в том, что узел орбиты второго КА расположен сейчас в 111° к востоку от узла первого. Более логичным с точки зрения построения системы из нескольких КА представляется разнесение узлов на 120°, которое будет достигнуто естественным образом, если №02 пробудет на орбите выведения около месяца. А так как скорость прецессии орбиты зависит от ее высоты, для выбора оптимальной по каким-то внешним критериям продолжительности «выдерживания» как раз и могло потребоваться легкое «шаманство» с высотой перигея во втором запуске.

В длинном тексте, которым отметила новый старт знаменитая пекинская фирма, она позволила себе осветить лишь одну существенную тему. Разработчики отметили, что к КА «Яогань-50» №02 были предъявлены высокие требования в части передачи целевой информации, так как полезная нагрузка спутника генерировала «массивное количество данных за один сеанс съемки», а потому команда несколько месяцев неустанно работала над расшивкой узких мест в канале передачи данных, обеспечивая ее своевременность, стабильность и надежность в условиях высокого уровня шума в канале. Для решения задачи эффективной передачи информации потребовалась среди прочего разработка нового набора цифровых алгоритмов, обеспечивших подавление помех в канале, и многочисленные стыковочные испытания бортового комплекса с наземными станциями приема данных.

Формулировка «один сеанс съемки», как представляется, говорит в пользу радиолокационного наблюдения, так как его продолжительность лимитируется энергетическими возможностями спутниковой платформы. Оптико-электронные системы наблюдения не излучают зондирующего сигнала и с точки зрения баланса мощности могут работать непрерывно – другой вопрос, представляет ли интерес подспутниковая поверхность в конкретном районе и есть возможности ретрансляции данных из любой точки Земли. Конечно, радиолокация не является профильным направлением для CAST (в отличие от SAST, которая неустанно занимается этим уже 20 лет), но может, потому пекинские разработчики и мучились с передачей данных, просто не имея достаточного опыта?

Нестандартная орбита с обратным наклонением также может считаться аргументом в пользу радиолокационного наблюдения. До сих пор единственным примером ее преднамеренного использования (а не от безысходности, как у израильских «Офеков») были американские КА радиолокационной разведки Topaz (они же FIA Radar). Четыре таких спутника были запущены в 2010–2016 гг. на орбиты наклонением 123° и высотой около 1080 км. По обозреваемой части Земли оно соответствовало прямому наклонению 57°, на которое американские военные радиолокационные КА выводились ранее. Область особых интересов КНР лежит ближе к экватору, поэтому наклонение 142° и пролет в апексе траектории над 38° широты китайцев, по-видимому, устраивает.

Между прочим, это уже не первый пример китайской военной космической системы, где применяются на равных аппараты SAST и CAST. 9 сентября и 3 ноября 2025 г. с Вэньчана носителями CZ-7A были запущены два спутника этих фирм, и тоже на крайне нестандартные орбиты наклонением 20° и высотой, грубо говоря, 200×7500 км (https://novosti-kosmonavtiki.ru/articles/209648/). Вскоре после старта «Яогань-45» и «Яогань-46» поднялись на круговые орбиты высотой 7497 км, причем узлы их орбит были разнесены на 120°. Третий старт пока не состоялся, хотя и напрашивается, как и в случае с двумя «Яоганями-50».

Возникает даже совсем безумная идея: а не связаны ли общей задачей эти две неполные системы со спутниками SAST и CAST – одна с наклонением 142° и высотой 952 км и вторая с наклонением 20° и высотой 7497 км? Случайно ли периоды обращения первых и вторых соотносятся почти точно как 5:13? Не являются ли, например, очень тяжелые спутники второй группы специализированными ретрансляторами для работы с очень тяжелыми аппаратами первой? Или, как вариант, не передают ли они зондирующий радиолокационный сигнал, а отраженный принимают «Яогани-50» на более низкой орбите?

Состоявшийся старт стал 747-м в космической программе КНР и 633-м для носителей семейства «Чанчжэн» («Великий поход»), в том числе 260-м для ракет шанхайской разработки. Для CZ-6A это был 21-й успешный старт подряд. Добавим, что спутник был доставлен на полигон еще до новогоднего праздника, отмечавшегося 17 февраля, и небольшая часть команды CAST осталась «ухаживать» за ним на время вынужденной паузы в работе.

Автор: Liss