Содержание номера


ГЛАВНОЕ

Новое руководство Роскосмоса

О реформе космической отрасли

Олег Остапенко на Байконуре

ПИЛОТИРУЕМЫЕ ПОЛЕТЫ

Полет экипажа МКС-37. Октябрь 2013 года

Пресс-конференция экипажей МКС-38/39

КОСМОНАВТЫ. АСТРОНАВТЫ. ЭКИПАЖИ

Экипажи МКС -38/39 сдали экзамены

ПИЛОТИРУЕМАЯ ТЕХНИКА

Начало летных испытаний американского «лапотка»

ЗАПУСКИ КОСМИЧЕСКИХ АППАРАТОВ

Шестнадцатая «Практика»

Старт во второе пришествие. В полете – Sirius FM6

Очередной «шанхаец»

ИСКУССТВЕННЫЕ СПУТНИКИ ЗЕМЛИ

Возвращение «космической стрелы»

СРЕДСТВА ВЫВЕДЕНИЯ

Керосиновая зависимость

Российская многоразовая система первого этапа

Разработка ядерного буксира продолжается

МЕЖПЛАНЕТНЫЕ СТАНЦИИ

СОВЕЩАНИЯ. КОНФЕРЕНЦИИ. ВЫСТАВКИ

Глава Марсианского общества посетил Россию

Конференция по дистанционному зондированию

XII Молодежные Циолковские чтения

«Сообщество космонавтов»

ПРЕДПРИЯТИЯ. ОРГАНИЗАЦИИ

NASA не работало две недели

ЮБИЛЕИ

Создатель ракетного щита. К 90-летию В.Ф.Уткина

40 лет Главной оперативной группе управления

СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ

Его именем названы орбиты

СТРАНИЦА КОЛЛЕКЦИОНЕРА

Знаки «Летчик-космонавт»

СТРАНИЦА ПАМЯТИ

Малькольм Скотт Карпентер

Борис Владимирович Бодин

Дмитрий Алексеевич Заикин

Реклама



«Я планов наших люблю громадье, Размаха шаги саженья…»

Автор: Ильин А.


15 октября в Институте космических исследований РАН открылся Четвертый симпозиум по исследованиям Солнечной системы. Российские, европейские и американские ученые рассказали о полученных результатах и о проектах своих космических агентств.

В прошлом году (НК № 12, 2012) мы предприняли попытку собрать в одном материале все сказанное на многочисленных конференциях о межпланетных планах России. Пришла пора обновить информацию. Итак, какие изменения произошли за год?
По-прежнему можно проследить четыре главных направления: лунная программа, сотрудничество с ЕКА по проекту ExoMars, большие космические телескопы и малые научные аппараты.



К Луне
В очередной раз пересматриваются сроки создания российских лунных зондов. Доработанная программа исследований Луны проходит согласование в Роскосмосе. 

Сроки реализации миссии «Луна-Глоб Посадочный» (она же «Луна-25»; в прошлом году именовалась «Луна-Глоб-1», а несколько лет назад это был посадочный аппарат российско-индийской миссии «Луна-Ресурс»), не поменялись – она стартует не раньше 2016 г. А вот даты запусков двух следующих лунных аппаратов существенно сдвинулись «вправо».

В конце октября Совет главных конструкторов НПО имени С. А. Лавочкина одобрил обновленный вариант проекта лунного зонда «Луна-Глоб» – материалы эскизного проекта переданы на экспертизу в ЦНИИмаш. Новый вариант предполагает минимизацию применения технических решений, не имеющих летной квалификации. 

«Луна-Глоб Посадочный» станет экспериментальным аппаратом, основная задача которого – отработать точную посадку в заданной области южного полярного региона Луны. Ученые надеются установить на нем и около 20 кг научных приборов. Кроме чисто технологических задач, планируется изучение реголита в месте посадки (методами ИК, гамма и нейтронной спектроскопии) и TV-cъемка местности.

Старт следующего лунного зонда – «Луна-Ресурс Орбитальный», («Луна-26»; в прошлом году – «Луна-Глоб-2», несколько лет назад – орбитальный аппарат единой миссии «Луна-Глоб») перенесен на два года и должен состояться в 2018 г. Аппарат будет существенно тяжелее своего предшественника: масса его научной аппаратуры превысит 150 кг. «Луна-Ресурс Орбитальный» изучит состав поверхности Луны дистанционными методами, уточнит границы районов с водосодержащими породами и в рамках эксперимента ЛОРД (Лунный Орбитальный РадиоДетектор) исследует с борта КА космические лучи сверхвысоких энергий, используя Луну как мишень.

Третий зонд – «Луна-Ресурс Посадочный» («Луна-27»; в прошлом году – «Луна-Ресурс», несколько лет назад – посадочный аппарат единой миссии «Луна-Глоб»), отправится на Луну лишь в 2019 г., также с опозданием на два года.

Вполне вероятно, что станция «Луна-Ресурс» будет оснащена бурильной установкой, которую предполагается создать с участием европейских ученых. Дело в том, что для сохранения летучих фракций лунного вещества нужны специальные установки для криогенного бурения, и при должной доработке европейская бурильная установка из проекта ExoMars может быть применена на Луне. 

Кроме того, по словам заместителя генерального конструктора НПО имени С. А. Лавочкина Максима Мартынова, вместо отмененного индийского мини-ровера на посадочный зонд может быть установлен российский луноход, например, созданный в МГТУ имени Н. Э. Баумана. 

На поверхности Луны станции должны проработать не менее года. «Время жизни на поверхности – год: две недели (во время лунной ночи) спит, две недели работает. Обычно если аппарат работает год, то может и больше. Дальше просто идет деградация энергетики, а гарантированно – год», – пояснил Максим Мартынов.

По словам заведующего Лабораторией космической гамма-спектроскопии ИКИ РАН Игоря Митрофанова, точность посадки первого аппарата «Луна-Глоб Посадочный» будет составлять около 30 км. 

В проекте «Луна-Ресурс» предполагается сажать станцию точнее. «Благодаря возможному вкладу европейцев (которые намерены предоставить российским коллегам системы навигации), мы можем существенно повысить точность посадки – до 3 км. Кроме того, у нас будет возможность так называемой hazard avoidance, то есть, когда он будет приближаться к поверхности, у него будет возможность ухода с перенацеливанием в другую точку, – обещает ученый. – Это существенно улучшает наши возможности для выбора места посадки: мы сможем выбирать районы, гораздо меньшие по размеру, и достигать компромисса между наукой и инженерными требованиями будет гораздо проще». 

По словам Митрофанова, район посадки для «Луны-Ресурса» будет выбран через два года: «Увеличение точности посадки раскрывает перед нами новые возможности. В течение ближайших двух лет мы будем эти возможности изучать».

В данный момент российские специалисты уже выбрали шесть посадочных областей: три у северного полюса Луны и три – у южного. 

«Вероятно, тот район, куда мы будем сажать «Луну-Ресурс», будет районом размещения будущего лунного полигона и зонда для возврата лунного грунта. Мы фактически выбираем район посадки не для одного проекта, а с учетом его продолжения и развития», – надеется И. Г. Митрофанов.

В 2020-е годы ученые планируют доставить на Землю образцы полярного реголита («Луна-28»), и отправить на нашу небесную соседку большой российский луноход («Луна-29»). 

По словам директора ИКИ РАН Льва Зелёного, проект под рабочим названием Polar Sample Return сейчас, к сожалению, находится лишь в стадии предварительного обсуждения и пока не включен в проект Федеральной космической программы до 2025 года.

В свою очередь, руководитель планетных программ ЕКА Альваро Хименес (Alvaro Gimenez) выразил заинтересованность российскими планами по доставке лунного грунта. По его словам, Европейскому космическому агентству «особенно интересен российский проект по возврату реголита из полярных областей Луны».


Эволюция лунных планов
Отечественная программа исследования Луны несколько лет назад была спланирована следующим образом. Первым предстояло запустить посадочный аппарат «Луна-Ресурс» в паре с индийским орбитальным КА Chandrayaan-2 на индийской же ракете GSLV Mk.II. Выбранная схема полета была такова: Chandrayaan-2 с геопереходной орбиты разгоняет себя и российский аппарат в связке до скорости ухода к Луне. После этого они разделяются – и каждый продолжает полет самостоятельно. Оба аппарата выходят на полярную окололунную орбиту, причем «Чандраяану-2» предстояло летать над российским «Луна-Ресурс», совершившим посадку в районе южного полюса. Кроме того, по соглашению с индийцами на борту отечественной станции размещался маленький ровер – луноходик массой 15 кг.
Работа над совместной программой продолжалась вплоть до аварии GSLV Mk.II в апреле 2010 г. После определения причин аварии РН потребовалось усилить ее обтекатель – в результате предельную массу связки Chandrayaan-2 – «Луна-Ресурс» уменьшили примерно на 300 кг.
Орбита выведения стала ниже, индийская сторона перешла на новую платформу: аппарат Chandrayaan-2 перестал быть копией Chandrayaan-1. Российскую сторону попросили облегчить «Луну-Ресурс» на 30 кг.
К моменту краха «Фобос-Грунта» в конце 2011 г. пересмотр лунной программы уже начинался, и гибель российской станции его только ускорила. Было принято решение начать разработку лунных аппаратов на основе практически новой платформы, а также отказаться от сотрудничества с Индией и «пересесть» на «Союз». 
На основе бывшей станции «Луна-Ресурс» началась разработка аппарата «Луна-Глоб-1» для отработки посадки в полярных районах Луны. На второе место в планах поставили орбитальный аппарат, названный «Луна-Глоб-2». Ранее предполагалось, что в составе миссии «Луна-Глоб» к Луне будут отправлены сразу и орбитальный, и посадочный аппараты, но от этого варианта отказались. Бывший посадочный «кусок» проекта «Луна-Глоб» назвали «Луна-Ресурс» и вынесли в отдельную миссию.
Недавно названия станций поменяли еще раз: «Луна-Глоб-1» теперь называется «Луна-Глоб Посадочный», или «Луна-25»; «Луна-Глоб-2» – «Луна-Ресурс Орбитальный», или «Луна-26», а относительно тяжелый лэндер «Луна-Ресурс» получил обозначение «Луна-Ресурс Посадочный», или «Луна-27». В результате сложилась фантасмагорическая ситуация: включенные в ФКП–2005 названия проектов «Луна-Глоб» и «Луна-Ресурс» сохранены, но… с точностью «до наоборот» относительно их первоначального содержания!


К Марсу
В отличие от лунных планов, сроки «марсианской» программы, в которой Россия уже участвует наравне с европейскими партнерами, пока не пересматривали. Первый пуск в рамках проекта ExoMars по-прежнему запланирован на 2016 г.

Ракета «Протон» с РБ «Бриз-М» должна отправить к Марсу разрабатываемые ЕКА орбитальный аппарат и демонстрационный десантный модуль. Орбитальный КА TGO (Trace Gas Orbiter) предназначен для изучения малых газовых примесей атмосферы и распределения водяного льда в грунте Марса. Для этого аппарата ИКИ разрабатывает два прибора: спектрометрический комплекс ACS и нейтронный спектрометр FREND. 

Спектрометрический комплекс ACS (Atmospheric Chemistry Suite) призван изучать химический состав атмосферы и климат Марса. Он состоит из трех спектрометров (эшелле-спектрометры ближнего и среднего ИК-диапазонов и фурье-спектрометр) и системы сбора информации.

Коллимированный нейтронный детектор FREND (Fine Resolution Epithermal Neutron Detector) будет регистрировать нейтроны, возникающие в грунте Марса под воздействием галактических и солнечных космических лучей, и строить глобальные карты распределения водяного льда в верхнем слое грунта Марса с высоким пространственным разрешением. Он также включает в себя блок дозиметрии. В отличие от аналогичного по назначению прибора HEND (High Energy Neutron Detector), работающего на борту американского зонда Mars Odyssey, FREND будет иметь на порядок лучшее пространственное разрешение: не 400 км, а около 30 – 40 км, так что сможет с высокой точностью искать «пятна» с большим содержанием водорода (а значит, водяного льда) и привязывать их к геологическим структурам.


«Мы уже сделали технологический образец прибора; европейцы нам прислали аналог борта, и сейчас мы проверяем, как они будут взаимодействовать. Чтобы убедиться, что прибор выдержит все нагрузки, мы делаем то, что называется конструкторско-доводочный образец. Этот образец мы сейчас собираем. Затем уже летный экземпляр», – рассказал Игорь Митрофанов.

В свою очередь, заместитель директора ИКИ РАН Олег Кораблёв отметил: спектрометр ACS, созданием которого он руководит, призван заменить на борту TGO один из приборов, который согласно первоначальным планам представляло NASA. «Мы собираем сейчас прототип прибора», – сообщил Кораб­лёв. Он добавил, что в основу спектрометра положены приборы, которые ранее работали на МКС (эксперимент «Русалка») и устанавливались на борту «Фобос-Грунта».

Старт второго аппарата проекта ExoMars, возможно, состоится в 2018 г. Ракета «Протон» с РБ «Бриз-М» отправит в сторону Красной планеты АМС с тяжелым (300 кг) европейским марсоходом. При этом как перелетный, так и десантный модули будут созданы в НПО Лавочкина.

Напомним, на счету разработчиков этого предприятия – а также СССР и России в целом – лишь одна «условно успешная» мягкая посадка на Марс – «Марс-3».


Задачи европейского марсохода – гео­логические исследования и поиск следов жизни в подповерхностном слое Марса около места посадки. ИКИ РАН разрабатывает для него два прибора: инфракрасный (ИК) спектрометр ISEM и нейтронный спектрометр АДРОН-РМ. Аппаратуру ISEM (Infrared Spectrometer for ExoMars) установят на мачте марсохода для минералогического анализа поверхности. 

АДРОН-РМ будет регистрировать нейтронное альбедо, генерируемое космическими лучами в грунте и зависящее от количества водяного льда в нем, и строить локальные карты распределения водяного льда вдоль трассы движения.

После схода марсохода с посадочной платформы последняя начнет свою научную миссию как долгоживущая стационарная станция. Комплекс научной аппаратуры массой 50 кг для нее разрабатывается под руководством ИКИ. 

В настоящий момент произведен предварительный отбор приборов для размещения на платформе и начался этап эскизного проектирования. Окончательный отбор полезной нагрузки состоится в 2014 г. по результатам эскизного проектирования и международного конкурса для включения дополнительных приборов ЕКА.

Тестирование прототипа марсохода для проекта ExoMars началось 6 октября в тяжелых условиях пустыни Атакама, расположенной на западном побережье Южной Америки. Цель проекта, получившего наименование SAFER (Sample Acquisition Field Experiment with a Rover), состоит в приобретении опыта управления ровером. Шестиколесный прототип марсохода, названного Bridget, оснащен тремя инструментами: панорамной камерой для создания стереоизображений, георадаром и тепловизором. Основное управление наземным марсоходом будет осуществляться из лаборатории, расположенной в Великобритании. 



К Солнцу и к дальним планетам
Проектом ExoMars российская марсианская программа не ограничивается. Ученые не оставляют надежды получить грунт с Фобоса: повторение эксперимента «Фобос-Грунт» под обозначением «Бумеранг» запланировано на 2022 год (через 11 лет после первой попытки).

Более того, на 2024 г. намечается доставка грунта с Марса. Было решено отказаться от смелых проектов «грунточерпалок» с электроракетными двигателями малой тяги – разработчики вновь вернулись к двухпусковой схеме, предложенной еще в середине 1970-х. Планируется использовать две ракеты «Протон» или два других тяжелых носителя.

Не отказывается Россия от реализации и других проектов автоматических межпланетных станций. 

В октябре в НПО имени С. А. Лавочкина состоялась защита эскизного проекта «Интергелиозонд». Специалисты предприятия внесли предложение о запуске двух аппаратов с аналогичным набором аппаратуры для расширения научных программ и повышения надежности миссии. В настоящий момент в Федеральной космической программе (ФКП) запланировано создание только одного «околосолнечного» зонда.

Проект «Интергелиозонд» предусматривает исследования внутренней гелио­сферы и Солнца с близких расстояний (60 – 70 солнечных радиусов, или примерно 40 – 50 млн км) и из внеэклиптических положений на гелиоцентрических орбитах. Серия гравитационных маневров у Земли и Венеры позволит аппарату выйти из плоскости эклиптики и приблизиться к нашей звезде.

На зонде предполагается использовать электроракетную двигательную установку, получающую питание от солнечных батарей. Поскольку КА предстоит работать в условиях высоких температур, разрабатываются специальные солнечные панели с принудительным охлаждением. Еще один уникальный элемент КА – защитный экран, заслоняющий от теплового воздействия Солнца. Он будет создаваться из углеродных композитных материалов. 

Вероятно, запуск «Интергелиозонда» состоится после 2020 г. По словам Льва Зелёного, вполне возможно, что российский аппарат будет работать совместно с европейской миссией Solar Orbiter, старт которой запланирован на 2017 г. «Мы начали обсуждать это сотрудничество. Объединение данных позволит получать стереоизображения Солнца, более полные данные об активности», – уточнил директор ИКИ.
Еще один проект, осуществление которого отложено до следующего десятилетия, – АМС «Апофис». Зонд поможет уточнить характеристики и параметры орбиты одноименного астероида, провести дистанционные и, возможно, контактные исследования его поверхности, а также разместить на Апофисе радиомаяк с радиоизотопным источником электроэнергии. Интересно, что проект «Апофис» призван стать опережающей миссией, служащей для отработки платформы перед стартом «Бумеранга».

Исследование астероидов – задача еще одного проекта, не включенного на данный момент в ФКП, – легкого зонда «Анапа» (см. «Проект “Анапа”» на с.54-55). Молодые ученые из НПО Лавочкина предлагают отправить его к астероиду 2011 UK10 с последующим перелетом к Апофису или к потенциально опасному астероиду 2013 TV135. Главные особенности проекта следующие: это малый КА массой около 400 кг, рассчитанный на попутный запуск и оснащенный маршевой электрореактивной ДУ для разгона с орбиты выведения и полета к цели. Запуск легкой АМС может состояться в 2021 г., если молодым ученым и инженерам удастся заручиться поддержкой Роскосмоса, получить финансирование и успешно довести проект до «железа».

На 4-м симпозиуме по исследованиям Солнечной системы был вновь анонсирован проект «Венера-Д». Судя по слайду, это миссия будет включать в себя орбитальный и посадочный аппараты. Последний охарактеризован как «среднеживущий» – он рассчитан на 30-минутный спуск в атмосфере и два часа работы на поверхности.

Вероятно, план миссии к Венере еще не раз перетерпит изменения – ведь сроки ее осуществления далеко за 2020 г. Заявленные в прошлом году аэростатные зонды и субспутники из проекта исчезли: возможно, просто не были показаны в этот раз или перешли в отдельный проект «Венера-Глоб», старт которого вряд ли состоится раньше 2030 г.

Удивительно, но 25-летний перерыв в межпланетных исследованиях не мешает России мечтать и о дальних планетах. В рамках совместного с ЕКА проекта «Лаплас-П» специалисты собираются изучить систему Юпитера и даже посадить спускаемый аппарат на поверхность одного из его крупных спутников – Ганимеда (НК № 5, 2012). Решить задачу доставки зонда к планете-гиганту планируется с помощью серии гравитационных маневров и с использованием ЭРД.

По словам советника руководителя Роскосмоса Виктора Ворона, подготовка первой российской миссии к Юпитеру начнется в 2014 г.: «Проект включен в Федеральную космическую программу до 2015 г., со следующего года начнется финансирование этого проекта, пока не очень большое».

«НИР мы сделали, определили основные параметры миссии. Со следующего года планируется выделять финансирование уже на опытно-конструкторские работы: это от 10 до 30 млн (рублей) на первый год», – пояснил Максим Мартынов. После завершения проекта в 2017 г. начнется изготовление макетов.

Следует отметить, что в обзорном докладе, зачитанном 15 октября в ИКИ, отсутствовали проекты, представленные в прошлом году на 3-м симпозиуме по исследованиям Солнечной системы и 7-м международном аэрокосмическом конгрессе, – «Полярный эклиптический патруль», «Марс-NET» и «Меркурий-ПМ», а также предложения ЦНИИмаш (доставка образцов кометного ядра, отправка зонда в атмосферу Юпитера для изучения Большого Красного пятна, «тур» в систему Сатурна для изучения Титана и Энцелада, полеты в систему Урана, а также в систему Нептуна с посадкой на его спутник Тритон, исследования объектов пояса Койпера).


Российские телескопы
Но не зондами едиными… Продолжаются работы и по созданию новых российских космических телескопов. К сожалению, сроки их запуска также сдвигаются: рентгеновская астрофизическая обсерватория «Спектр-РГ», видимо, отравится в космос лишь в 2015 г. Аппарат должен быть выведен в точку Лагранжа L2 системы Солнце–Земля. Существует вероятность смены носителя: с РН «Зенит» обсерватория, возможно, «пересядет» на «Протон».

На борту «Спектра-РГ» будут установлены два рентгеновских телескопа – российский ART-XC, создаваемый во ВНИИ экспериментальной физики в Сарове, и eROSITA, разработанный немецкими учеными Института внеземной физики Общества имени Макса Планка. Основой обсерватории является платформа «Навигатор» разработки НПО Лавочкина.

По словам генерального директора НПО Виктора Хартова, на сей раз срыв сроков произошел по вине немецкой стороны: «Партнеры официально уведомили нас письмом, что возникли трудности и поставка телескопа смещается более чем на год».

По сообщению НПО им. С.А . Лавочкина, технологический образец APT-XC уже прошел входной контроль и ИКИ РАН приступил к работе над созданием штатного летного образца телескопа. В то же время eROSITA был представлен только «электрическим имитатором».

«Спектр-РГ» должен стать вторым космическим аппаратом в серии «Спектров». Первый – радиотелескоп-интерферометр «Спектр-Р», запущенный 18 июля 2011 г., успешно работает на орбите.

Третий «Спектр» – ультрафиолетовая обсерватория «Спектр-УФ» – стартует через два года после «Спектра-РГ», то есть не ранее 2017 г. Аппарат, также созданный на основе платформы «Навигатор», будет оснащен телескопом T-170M (диаметр зеркала – 1.7 м) российского производства. 


В августе текущего года специалисты НПО Лавочкина завершили вибростатические испытания телескопа T-170M и провели – в рамках тепловакуумной наземной отработки – автономные тепловакуумные испытания двух из пяти сборок телескопа. Планируется, что все квалификационные испытания завершатся к концу 2015 г. Космический телескоп будет оснащен спектрографами высокого и низкого разрешения, а также камерами для построения высококачественных изображений в ультрафиолетовом диапазоне.

В проекте, помимо российских специалистов из ИКИ РАН и ИНАСАН, участвуют испанские ученые из мадридского Университета Complutense: они делают для обсерватории многоцелевой спектрограф ISSIS.

Еще один телескоп, который Россия собирается отправить в космос до 2020 г., – гамма-обсерватория «Гамма-400». Космический аппарат вместе со служебным базовым модулем «Навигатор» разрабатывает НПО имени С. А. Лавочкина. На сегодняшний день работы находятся на стадии технического проекта.

Четвертая обсерватория серии «Спектр» – «Спектр-М» («Миллиметрон») – стартует, вероятно, в начале следующего десятилетия. Аппарат будет оснащен большим криогенным телескопом для наблюдения в миллиметровом, субмиллиметровом и дальнем инфракрасном диапазонах. 

«Закончено проектирование этого инструмента, и мы приступили к изготовлению отдельных элементов», – сообщил директор Астрокосмического центра Физического института имени П. Н. Лебедева, головного разработчика научной аппаратуры для «Миллиметрона», академик Николай Кардашёв.



Малые аппараты: «Ломоносов», «Бауманец» и другие
На симпозиуме в ИКИ отметили и четвертое основное направление отечественной научной космонавтики – малые аппараты.

В 2015 г. на околоземной орбите в целях изучения процессов во внутренней магнитосфере Земли и в авроральной области начнется развертывание группировки из четырех спутников «Резонанс» на основе платформы «Карат» производства НПО Лавочкина. Группировка в полном составе должна начать работу уже в 2016 г.

Лев Зелёный сообщил, что, возможно, российские аппараты проведут совместный эксперимент по зондированию земной ионосферы совместно с американским ионосферным стендом HAARP. По словам директора ИКИ, российские ученые предлагают включить HAARP в тот момент, когда сверху за состоянием ионосферы будет следить один из зондов «Резонанс». Этот эксперимент позволит значительно лучше понять свойства ионосферы. «Это очень интересный научный эксперимент: мы будем смотреть, что будет видно сверху», – сказал Зелёный.

Отметим также не представленные в основном докладе 4-го симпозиума, но присутствующие в ФКП аппараты.

В 2014 г. на орбиту должен выйти разработанный для МГУ в ОАО «Корпорация ВНИИЭМ» имени А. Г. Иосифьяна на базе платформы «Канопус» научный спутник «Михайло Ломоносов». Он предназначен для изучения космических лучей предельно высоких энергий и астрофизических гамма-всплесков.

Еще один вузовский аппарат – «Бауманец-2», создаваемый при участии НПО машиностроения, отправится в космос также в 2014 г.

Кроме того, в 2014 – 2015 гг. ВНИИЭМ предполагает развернуть космический комплекс «Ионозонд» из пяти миниспутников массой 400 кг – четырех КА «Ионосфера» и одного «Зонд». Группировка «Ионосфера» предназначена для оперативного мониторинга состояния верхних слоев атмосферы (магнитосферы, ионосферы). «Зонд», в свою очередь, будет наблюдать Солнце и состояние озоносферы.

Будет продолжена и программа запуска малых (массой ~250 кг) космических аппаратов для фундаментальных космических исследований (МКА-ФКИ; НК № 8, 2012) разработки НПО Лавочкина.

«Создание МКА для проведения научных исследований обусловлено значительно возросшими технологическими возможностями, миниатюризацией служебных и научных систем и приборов. Наиболее рациональным путем создания широкого спектра МКА является, в частности, унификация служебных систем космических аппаратов посредством создания универсальных платформ. В результате рассмотрения предложенных проектов РАН приняла решение о целевых задачах первых аппаратов на базе платформы “Карат”», – говорится в статье Виктора Хартова, опубликованной в журнале «Вестник ФГУП НПО имени С. А. Лавочкина».

В ближайших планах – старт в 2014 г. МКА-ФКИ ПН2 с аппаратурой «Рэлек». Этот спутник будет заниматься мониторингом высыпаний релятивистских электронов радиационных поясов Земли и изучать характеристики быстро протекающих процессов в земной атмосфере. В том же году на орбиту отправится МКА-ФКИ ПН4 «Странник», который займется изучением взаимодействия солнечного ветра с магнитосферой Земли.

На 2015 год также намечен старт двух КА серии: МКА-ФКИ ПН3 «Конус-М» для исследования гамма-всплесков и ПН5 «Арка» – отечественной космической солнечной обсерватории нового поколения (эффективное угловое разрешение – 0.18").

Малыми научными спутниками, зондами и обсерваториями российские планы не исчерпываются. До 2020 г. предстоит вывести на орбиту несколько КА для исследований в области космической биологии и технологических экспериментов – «Бион-М» и «Фотон-М», отправятся в космос метеоспутники «Электро-Л» и «Метеор-М», а также многочисленные аппараты дистанционного зондирования Земли в различных диапазонах.

В целом представленную на 4-м симпозиуме по исследованиям Солнечной системы в ИКИ программу можно охарактеризовать как грандиозную: не меньше пяти крупных АМС, как минимум два больших телескопа и десятки малых научных аппаратов должны быть запущены до 2020 г. Правда, по сравнению с прошлым годом не только сдвинулись сроки осуществления многих проектов, но и уменьшилось их общее количество. Множество смелых планов «ушло» за 2020 год.

Конечно, наличие в Федеральной космической программе такого количества научных аппаратов не может не радовать, однако остается главный вопрос: кто будет превращать «бумажные» проекты в «железо»? Откуда в отрасли возьмутся специалисты, способные одновременно работать над огромным числом разнообразных задач? Как и где будут проводиться испытания этих научных аппаратов? Превратятся ли красивые мечты в реальные (и успешные!) научные миссии – покажет время.

Журнал Новости Форум Фото Подписка Рекламодателям Контакты