Выбрать дату в календареВыбрать дату в календаре

Страницы: Пред. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 ... 134 След.
Версии гибели Владимира Комарова
 
[QUOTE]Schwalbe написал:
[QUOTE][URL=/forum/user/16327/]Штуцер[/URL] написал:
СА, по идее, стоит на специальном ложементе.[/QUOTE]
А есть ли там на полигоне вообще агрегаты для работы с одиночным СА? Корабль в сборе прибывает на полигон. Штатный стапель имеет кантователь для доступа с ПО с поворотом на 90 град. без разборки на отсеки.[/QUOTE]
Первые 7К-ОК возили еще в разобранном состоянии.
Изменено: ЧСВ - 30.07.2019 14:30:48
Версии гибели Владимира Комарова
 
[QUOTE]Sellin написал:
Я в МИКе Не бывал. Тем более в 67 году. А если ты там бывал но работал уборщицей тогда попробуй вспомнить: были ли там краны?[/QUOTE]
В МИКе работал я. Правда, не уборщицей, а инженером. ;-) Там были мостовые краны, которые находились под управлением военных специалистов в/ч 25741. Но вряд ли эти краны участвовали в "эксперименте" :-)
Версии гибели Владимира Комарова
 
[QUOTE]Штуцер написал:
Но возможен, конечно, еще вариант.
1. Привернуть ложемент намертво к полу.
2. На крюк установить динамометр.
3. Привернуть СА к ложементу.
4. Сдвинуть кран так, чтобы трос был под углом к оси СА, соответствующем штатному при выходе парашюта.
5. Тянуть помалу в несколько ступеней, фиксируя показания динамометра.

Что то подсказывает мне, что самостоятельно на такое бригада слесарей сборщиков не способна.    Да и не рискнет.[/QUOTE]
А еще нужно было учесть вращение СА, которое тоже могло сказываться ;-) Гениальные ребята эти монтажники цеха 444, учитывая, что к снаряжению парашютов они вообще отношения не имеют :-)
Версии гибели Владимира Комарова
 
[QUOTE]Старый написал:
Смысл эксперимента был в тайне от комиссии извлечь парашют и посмотреть в чём косяк. Всё остальное пошло экспромтом.  [/QUOTE]
То есть ребята-монтажники заранее знали, что "косяк" именно в парашютном контейнере? Откуда? И почему косяк должен был повториться на совершенно другом изделии? ;-)
Версии гибели Владимира Комарова
 
А вот о работе парашютов из книги Владимира Шаталова "Трудные дороги космоса" при посадке 7К-ОК № 12 ("Союз-4"):
Версии гибели Владимира Комарова
 
На кораблях 7К-ОК практически не было никакой индикации о срабатывании парашютной системы. Но космонавты все прекрасно чувствовали. Вот что писал Владислав Волков в книге "Шагаем в небо" о полете на корабле 7К-ОК № 15 ("Союз-7"):
Изменено: ЧСВ - 30.07.2019 07:51:47
Версии гибели Владимира Комарова
 
[QUOTE]hlynin написал:
1. эксперимент кардинально противоречил Мишинскому резюме.
2. Ибо ничего хорошего от гласности в этой ситуации не будет.[/QUOTE]
1. "Эксперимент" ничего не доказывает. Что произошло? При нештатном подъеме краном парашют не вышел. Причина - а вот это широкое поле догадок.
"Эксперимент", кроме того, реально вовсе не моделирует нагрузки на парашют и СА в полете.
2. В любом случае от гласности толку нет: в случае прогиба стенки - вина конструкторов, в случае засорения контейнера - вина заводчан. Но ЦКБЭМ и ЗЭМ - связанные структуры. Ну, получил бы выговор по итогам не П.В.Цыбин, а кто-то из зам директоров заводов. Причин молчать, скрывать много лет нет. Вина и так упала на конструкторов. Мишин во время выступления в академии имени Жуковского так и сказал: "Всю вину взял на себя".
Версии гибели Владимира Комарова
 
[QUOTE]hlynin написал:
[QUOTE][URL=/forum/user/13449/]ЧСВ[/URL] написал:
А вел ли Черток дневники? Публикаций ДНЕВНИКОВ Мишина (его рабочих тетрадей) при его жизни я тоже не видел.[/QUOTE]
1. Черток несомненно вёл. Не компьютер же он, чтобы запомнить 4 тома воспоминаний с подробностями,датами и цифрами
[/QUOTE]
Скорее всего, это могли быть рабочие записи, похожие на записи Мишина. По ним легко восстановить все позабытое. У меня самого есть мои рабочие записи, начиная еще со студенческих времен.
Версии гибели Владимира Комарова
 
[QUOTE]hlynin написал:
[QUOTE][URL=/forum/user/13449/]ЧСВ[/URL] написал:
По предложению Э.И.Корженевского полировку контейнера действительно ввели. Но не после автоклава, а при изготовлении контейнера, то есть до автоклава. Откуда информация, что полировка после автоклава?[/QUOTE]
Нет такой информации. У меня сложилось такое впечатление. Возможно, я не прав, но
1. нет и информации, что ввели именно ДО
2. Черток пишет:  Умный и опытный конструктор Корженевский возможно догадывался еще о чем-то.
О чём он догадывался? И далее Черток пишет про смолу и крышки.
3. Как представляете себе полировку контейнера? Вообще это не дело Конструктора. Он указывает степень чистоты поверхности. А технолог должен обеспечить. После любой операции проводят послеоперационную обработку. Моют, чистят. И было бы логично не лезть в контейнер с мокрой тряпкой, а полирнуть с применением технологии[/QUOTE]
1. Исходя из производственного опыта, слабо представляю себе ведение дополнительной операции по полировке после автоклава. Технологически гораздо проще отполировать контейнер еще до установки его на изделия. Тем более, что штатно и по технологии их закрывают крышками ;-)
2. Там слово "возможно". ;-) Корженевский мог, например, догадываться, что материал для изготовления контейнеров имел изначальный дефект :-)
3. Я не писал, что полировку делают конструкторы. Конструктор выдвигает свои требования, технолог разрабатывает пути их реализации, производственники реализуют. :-)
Версии гибели Владимира Комарова
 
И простенький вопрос...
Пусть действительно пришли на полимеризацию контейнеры без крышек и их закрывали "газеткой".
Но ведь на настоящие крышки полимеризация тоже нужна, так? Их что потом отрабатывали в автоклаве отдельно? Вопреки технологиям? Почему об этом никто не пишет? ;-)
Версии гибели Владимира Комарова
 

«Автоклавная» версия вообще «не дружит» с логикой. Могло быть только два варианта полимеризации теплозащитного слоя спускаемого аппарата – либо с крышками парашютных отсеков, либо без них.

1. Если спускаемый аппарат согласно утвержденной технологии нужно помещать в автоклав только при наличии крышек, то ни о какой полимеризации без крышек даже в условиях спешной подготовки к полету и речи быть не может. На такую «процедуру» - тем более, при подготовке к полету пилотируемого корабля, - никто бы никогда не пошел.

2. Если технологией предусмотрена полимеризация в автоклаве без крышек, то должна была быть предусмотренной и проверка чистоты парашютных отсеков после полимеризации в автоклаве. Следовательно, любое загрязнение «парами смол» было бы немедленно выявлено и устранено.

3. Если же процесс полимеризации допускает полимеризацию спускаемого аппарата при закрытии его парашютных отсеков технологическими крышками, то и в этом случае без технологических крышек никто ничего бы делать не стал: это не тот случай, когда люки парашютных отсеков можно прикрыть «газеткой». Предположение о том, что технологические крышки могли быть еще не изготовлены к началу полимеризации, тоже не выдерживает критики: как правило, технологическое оборудование рассчитывается на многократное применение, и в наличии уже имелись крышки, которые применялись при аналогичных технологических операциях для кораблей 7К-ОК («Союз») № 1, № 2, № 3.

Окончательно хоронят «автоклавную» версию, как это ни странно, воспоминания самого заместителя Главного конструктора Бориса Чертока, опубликованные в виде четырехтомника «Ракеты и люди», - странно потому, что именно Борис Черток на страницах своей книги и обнародовал в полном объеме «автоклавную» версию. Читаем внимательно и делаем выводы по ходу чтения:

«...МНОГО ЛЕТ СПУСТЯ (после гибели Владимира Комарова, то есть когда многие детали происшедшего у многих уже просто стерлись в памяти – С.Ч.), когда прибегать к репрессиям «по истечении срока давности» не имело смысла, БЫЛА ВЫСКАЗАНА еще одна, может быть, наиболее достоверная причина катастрофы, не зафиксированная ни одной из подкомиссий. Ограниченный круг людей на нашем заводе догадывался, но счел за благо молчать (нет ли тут некого логического противоречия между фразами «была высказана причина» и «ограниченный круг догадывался»? Что же, этот догадывающийся «ограниченный круг», не сговариваясь друг с другом, молчал «много лет», а потом – словно ему дали негласную команду – вдруг проникся доверием к высказанной кем-то «версии»? – С.Ч.).

Версии гибели Владимира Комарова
 
[QUOTE]hlynin написал:
Иначе не было бы записано в технологии о необходимости крышек.[/QUOTE]
Так ведь и было написано! Вот и сам Черток пишет, что на кораблях "предназначенных для
пилотируемых пусков, всякие отступления от штатной технологии были
категорически запрещены». А поскольку корабли 7К-ОК № 3 («Космос-140») и 7К-ОК
№ 4 («Союз-1») изначально готовились именно для полета с космонавтами на борту,
то нет никаких оснований полагать, что на полимеризацию в автоклаве они поступили
или без смонтированных парашютных контейнеров, или без штатных крышек к ним!

Версии гибели Владимира Комарова
 
[QUOTE]hlynin написал:
При этом дневники Чертока не читал никто, а дневники Мишина отрывками публиковались при жизни. Он их давал читать писателям.[/QUOTE]
А вел ли Черток дневники? Публикаций ДНЕВНИКОВ Мишина (его рабочих тетрадей) при его жизни я тоже не видел.
Версии гибели Владимира Комарова
 
[QUOTE]hlynin написал:
Ещё раз спрашиваю: зачем ввели полировку контейнера после автоклава после Комарова? Он и так полировался и вроде бы никак измениться не мог после автоклава (причина невыхода совсем иная)?[/QUOTE]
По предложению Э.И.Корженевского полировку контейнера действительно ввели. Но не после автоклава, а при изготовлении контейнера, то есть до автоклава. Откуда информация, что полировка после автоклава?
Версии гибели Владимира Комарова
 
[QUOTE]Старый написал:
[QUOTE][URL=/forum/user/13449/]ЧСВ[/URL] написал:
У них были основания для сомнений (Можно спросить, какие основания для сомнений были у простых монтажников с Байконура, которые на тот момент, кроме сообщения по радио о гибели Комарова, никакой информации не имели? – С.Ч.).[/QUOTE]
Это были не простые монтажники. Это были те люди которые перед этим в ходе двухмесячного круглосуточного аврала готовили корабль к полёту.  И знали они много чего кроме сообщений ТАСС. Возможно тут то они и вспомнили как парашютчики заталкивали парашюты.  [/QUOTE]
Странно, но почему эти инициативные группы монтажников не занялись собственными расследованиями при неполадках на "Восходе-2", авариях на Н-1 и "Протонах"-Л1, расследованиям катастрофы "Союз-11"? А ведь при запусках, например, Н-1 и Л-1 авралы были не меньшие: достаточно почитать воспоминания Мишина, Каманина, Чертока и других товарищей. ;-)
Версии гибели Владимира Комарова
 
[QUOTE]Павел73 написал:
[QUOTE][URL=/forum/user/16327/]Штуцер[/URL] написал:
 [QUOTE] [URL=/forum/user/13507/]Зомби. Просто Зомби[/URL] написал:
ли бы на выход парашюта эпоксидная пленка на стенках?

[/QUOTE]
 Это не эпоксидная, а фенолформальдегидная. Не повлияла бы ни тогда, ни сейчас. Никакой дополнительной шероховатости ни тогда ни сейчас она не дает и НЕ ЛИПНЕТ.[/QUOTE]
Не знаю, как насчёт фенолформальдегидной смолы, но конденсация паров канифоли на алюминиевой поверхности действительно приводит к увеличению шероховатости последней. Прилипать к ней, конечно, ничего не будет, а вот трение об неё заметно возрастает. Если плюс к этому в результате разницы давлений после отстрела крышки произошла самая незначительная деформация стенки парашютного отсека, дополнительно прижавшая парашют, то оба этих явления в сочетании могли оказаться причиной катастрофы.[/QUOTE]
Вполне может быть. Точно так же причиной катастрофы могла стать и разгерметизация контейнера на очень большой высоте. Истинную причину могут определить только дополнительные эксперименты и исследования. А верить в автоклавную версию только потому, что о ней написал академик Черток в своих мемуарах, не корректно даже с научной точки зрения ;-) :-)
Версии гибели Владимира Комарова
 
[QUOTE]hlynin написал:
[QUOTE][URL=/forum/user/13449/]ЧСВ[/URL] написал:
Кому будем верить?[/QUOTE]
Разумеется, всем. Но я уже в десятый раз пишу, что партизанщины не было, она невозможна.Ещё раз: парашют вытаскивали десятки раз при самых разных условиях, в статике и динамике. В разных местах и разные люди. Это вообще-то дело дешёвое и простое. И с самолёта кидали и с вышки.Поняли, что контейнер -дерьмо. Переделали[/QUOTE]
Если не было партизанщины, то как объяснить фразу из Чертока: "...бригада специалистов нашего
завода, оставшаяся на полигоне (то есть на космодроме Байконур – С.Ч.), решила провести СВОЙ эксперимент. ...Об этом эксперименте они (правительственной – С.Ч.) комиссии НЕ ДОЛОЖИЛИ"? ;-)
И, согласитесь, этот "эксперимент" никак не подтверждает версию Чертока - а Черток использует его именно в качестве единственного аргумента в пользу своей версии. Потому что 7К-ОК №5 (несостоявшийся "Союз-2") - это не погибший 7К-ОК № 4 ("Союз-1"). Это, во-первых, другой объект. А во-вторых он готовился к полету - в том числе и проходил полимеризацию - в паре с кораблем 7К-ОК № 6, а вот "Союз-1" готовился в паре с 7К-ОК № 3 ("Космос-140").
Кроме воспоминаний самого Чертока автоклавная версия по состоянию на 1993-1994 годы ничем не подтверждается. Более того, в свое время ее появление вызвало дружные протесты заводских технологов цеха № 401. Почему? Да потому что эта версия задним числом, через четверть века после событий, снимает полностью вину с конструкторов (просчеты при прочностных расчетах стенки контейнера и конструкции контейнера в целом), то есть ЦКБЭМ, и переносит ее на производственников, технологов-заводчан ЗЭМ. С тех пор - с 1994 года - эта версия и тиражируется, хотя раньше никто и никогда о ней не упоминал. В том числе и Черток, в том числе и Мишин и все остальные участники тех событий даже при очень откровенных и доверительных беседах по истории советской космонавтики.


Версии гибели Владимира Комарова
 

Кстати, о доверии к воспоминаниям…

Заместитель Главного конструктора Борис Черток вспоминал:

«Независимо от всех подкомиссий (правительственной комиссии по расследованию катастрофы корабля 7К-ОК № 4 («Союз-1») – С.Ч.) бригада специалистов нашего завода, оставшаяся на полигоне (то есть на космодроме Байконур – С.Ч.), решила провести свой эксперимент.

У них были основания для сомнений (Можно спросить, какие основания для сомнений были у простых монтажников с Байконура, которые на тот момент, кроме сообщения по радио о гибели Комарова, никакой информации не имели? – С.Ч.).

Они открыли люк ОСП, вытянули тормозной парашют, подцепили его стропы к подъемному крану через динамометр и начали подъем для замера усилия, при котором начнет выходить упаковка основного парашюта. Каково же было удивление, когда оказалось, что массы СА в 2800 килограммов не хватало. А ведь при этом контейнер никакому перепаду давления и, следовательно, сдавливающей укладку парашюта деформации не подвергался. Об этом эксперименте они (правительственной – С.Ч.) комиссии не доложили».

В подготовке к запуску кораблей 7К-ОК на космодроме принимали участие бригадиры Г.М. Марков, К.Г. Горбатенко, В.В. Монахов, которые в течение длительного времени возглавляли заводские бригады монтажников. То есть каким-то образом один из этой тройки бригадиров взял инициативу на себя, и с помощью монтажников цеха № 444 ЗЭМ осуществил «эксперимент» на территории и оборудовании военных испытателей. При этом представители ЦКБЭМ начальник группы отдела 231 А.Н.Максименко и старший инженер отдела 231 Н.М.Терешенкова, которые осуществляли все работы по кораблям серии 7К-ОК как на предприятии, так и на Байконуре, наверное, стояли рядом, открыв рот от удивления. Но потом тоже дружно промолчали – потому что руководство предприятия (Мишин В.П. и его заместители) - об этих славных инициативах своих сотрудников так ничего и не узнало. Промолчали и все военные испытатели – от военнослужащих в/ч 25741 до управленцев из 1-го НИУ и в/ч 11284. Следовательно, и правительственная комиссия в целом ничего не знала о доблестных трудовых порывах рабочих цеха № 444 ЗЭМ.

Но вот теперь как быть с другим утверждением?

Вспоминает профессор МГТУ им. Н.Э.Баумана, доктор технических наук Виктор Елисеевич Миненко, работающий на кафедре СМ-1 «Космические аппараты и ракеты-носители» (его воспоминания опубликованы уже после публикации книги Б.Е.Чертока):

«Дело было так. После прохождения основного гиперзвукового участка спуска в действие вводилась парашютно-реактивная система. Но она не сработала, основной блок парашюта не вышел, и Владимир Михайлович (Комаров – С.Ч.) погиб. А в Москве в полной уверенности, что все пройдет нормально, я буквально сидел на чемоданах  – мы с женой должны были ехать в отпуск в Крым. И вдруг – трагическое известие. Собрали комиссию и долго не могли понять, как такое могло случиться? Версий было несколько, но причину нашли (то есть правительственная комиссия еще в 1967 году нашла причину катастрофы корабля 7К-ОК №4(А) («Союз-1») – С.Ч.). Оказалось, при полимеризации тепловой защиты корпуса спускаемого аппарата в автоклаве забыли установить герметичные крышки, закрывающие контейнеры парашютных систем. Из-за их отсутствия формальдегидные смолы, выделившиеся при полимеризации теплозащитного покрытия, тончайшим слоем осели на внутренней поверхности парашютного контейнера, и основной парашют не вышел».

Из этих воспоминаний Миненко однозначно следует, что правительственная комиссия в 1967 году якобы знала о загрязнении контейнеров после полимеризации.

Будем верить очевидцу профессору Миненко или как?

А вот что о дополнительных испытаниях парашютов после катастрофы корабля 7К-ОК № 4 («Союз-1») пишет в своих дневниковых записях и генерал Николай Каманин:

«15 мая (1967 года – С.Ч.).

«…Провели несколько испытаний (то есть не одно – С.Ч.) по определению усилий, потребных для вытягивания основного парашюта. При статическом испытании это усилие равняется 1,8 тонны, а в динамике полета оно может достигать 3-4 тонн. Усилия, создаваемые тормозным парашютом, оцениваются величиной до 8 тонн (рывок) (т.е. во время выхода тормозного парашюта из контейнера основного парашюта в реальных условиях его силовое воздействие превышает расчетное потребное усилие в два раза – С.Ч.).

20 мая (1967 года – С.Ч.).

«…При условиях, когда давление в корабле выше наружного на 0,67 атмосферы (то есть выше давления в парашютном контейнере – С.Ч.), потребное вытягивающее усилие возрастает до трех тонн и более» [6.1].

Но проводились ли испытания парашютной системы при разнице в давлениях между спускаемым аппаратом и открытым парашютным контейнером? Да, проводились. О них упоминает в своих рабочих дневниках Главный конструктор ЦКБЭИ Василий Павлович Мишин в записи от 10 мая 1967 года:

«Эксперимент в Люберцах по вытаскиванию основного парашюта из парашютного контейнера. (Не вытащился при наддуве спускаемого аппарата на приблизительно 0,7 атмосфер)» [6.14].

В итоге чем мы располагаем?

Воспоминаниями Б.Е.Чертока и В.Е.Миненко, которые не были очевидцами якобы имевших место технологических нарушений в цехе № 401 ЗЭМ при полимеризации контейнеров в автоклаве и не были очевидцами якобы проводившегося тайно на космодроме партизанским способом «эксперимента» по вытаскиванию парашюта, и которые вспомнили и написали об этих не связанных логически друг с другом событиях четверть века спустя, и свидетельствами Н.П.Каманина и В.П.Мишина, которые сделаны в их рабочих дневниках непосредственно в то время, когда велось расследование катастрофы.

Кому будем верить?

Версии гибели Владимира Комарова
 
[QUOTE]Старый написал:

Оказалось достаточно указания ЦКБМ.
[/QUOTE]
Вот именно эти планы и инструкции потом и утверждались совместно гражданскими изготовителями и военными испытателями. Там еще подписи были на каждой, кто именно утвердил. Даже протоколы Государственных комиссий подписывались многими - от изготовителей до исполнителей конкретных работ.
Версии гибели Владимира Комарова
 

А теперь еще вот такой кусочек информации:

«Сборочно-монтажные работы по СА производились отдельно на корпусе-"колоколе" СА и на днище.  

После проведения сборочно-монтажных работ и контроля герметичности агрегаты изделия транспортировались в КИС для так называемых испытаний в разобранном виде. Участок КИС находился на 2-м производстве.

После испытаний агрегаты возвращались в цех 444, где шла сборка в транспортабельные агрегаты, СА, ПАО, БО и снова в КИС».

Видимо, именно на этом этапе производилось оснащение парашютных отсеков. Именно в цехе 444 опытные сборщики от ЦКБЭМ и «сотрудники НИЭИ парашютостроения» все как один дружно не замечали, что после полимеризации на ими же собранных парашютных отсеках появились «пары смол» и резко возросла шероховатость стенок отсеков.

«После вторых испытаний в КИС агрегаты готовились к транспортировке на техническую позицию.

На ТП корабль собирался из транспортабельных агрегатов в вертикальном положении на стенде общей сборки. Собранный корабль взвешивался, и определялся центр масс в стенде балансировки».

Кстати, начальник цеха № 444 Г.М.Марков проводил ежедневное оперативное совещание, на котором решались все проблемы, возникающие при сборке «Союзов». Но ни разу проблема «невпихуемости» парашютов не всплыла на таких совещаниях.

При работах в цехе 444 очень часто присутствовал и конструктор Э.И.Корженевский – и на оперативках тоже. Кстати, именно Корженевский внес по итогам работы правительственной комиссии предложение об изменении габаритов парашютных отсеков, выполнении их в конической форме и полировке стенок.  Если виноваты технологи и пресловутые смолы, то зачем все эти переделки?

И еще цитата:

«Работы на технической позиции (то есть на космодроме Байконур – С.Ч.) были организованы по технологическому плану и инструкциям КБ».

То есть самопальные «эксперименты» «на свой страх и риск» были исключены – повредить дорогостоящий СА в результате несанкционированных работ никто бы не решился.

А почему о результате «эксперимента» не сообщили хотя бы В.П.Мишину? У Мишина в его ЛИЧНЫХ рабочих дневниках есть масса заметок обо всяких поломках и неисправностях, в том числе подробный разбор, кто виноват в истории с клапаном на «Союзе-11» и во взрывах ракеты Н-1. Вот только о «маленьких грешках» технологов цеха №1 и «эксперименте на полигоне» - ни словечка. Почему?

В подготовке к запуску кораблей 7К-ОК на ТП принимали участие Г.М. Марков, К.Г. Горбатенко, В.В. Монахов, которые в течение длительного времени возглавляли заводские бригады. Позднее за самоотверженную работу Г.М. Маркову и К.Г. Горбатенко было присвоено звание Героя Социалистического Труда, а В.В. Монахов награжден орденом Ленина. Не думаю, что это было сделано за самопальный «эксперимент на полигоне» с вытаскиванием парашютного контейнера.

Все подготовленные проектные работы по кораблям серии 7К-ОК как на предприятии, так и на Байконуре осуществляли начальник группы отдела 231 ЦКБЭМ А.Н.Максименко и старший инженер отдела 231 ЦКБЭМ Н.М.Терешенкова. Но и они тоже ни слухом, ни духом не знали об «эксперименте на полигоне». Или молчали «в тряпочку». Потому что это заговор, общий ЦКБЭМ-овский заговор молчания.

Страницы: Пред. 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 ... 134 След.
Журнал Новости Форум Фото Статьи Книги